Оккупированный Луганск 17.07.42-14.02.43

ФАШИСТСКАЯ ГАЗЕТА «НОВЕ ЖИТТЯ»

нове життяКакие картины всплывают в воображении наших современников при слове «оккупация»? Обыски, аресты, расстрелы, партизанская борьба и вбитое в коллективную память, как в гранит, словосочетание «угнать на работу в Германию». Все это было, конечно же. Но было и другое. Была полная трудностей и невзгод, но в то же время и радостных моментов обыденная жизнь обычных людей. Они где-то работали и как-то отдыхали, что-то читали и чем-то питались. А дети, вдобавок ко всему, где-то учились и что-то ( что?) учили. Чему-то радовались и чего-то боялись, и конечно же (ну как без этого!) влюблялись и даже (представьте себе!) женились.

Так вышло, что благодаря официальной советской историографии и массовой культуре: книгам и кинофильмам, школьным учебникам и театральным постановкам, теле- и радиопередачам, весь период Великой Отечественной войны, а уж тем более, жизнь на оккупированных немцами территориях мазались исключительно черной краской, представлялись как какой-то ад, воплощенный на земле. Можно было без труда узнать о том, где и какие сражения проходили, сколько было сбито вражеских самолетов и подбито вражеских танков, когда и какую реку форсировали, когда какой город оставили или освободили. Если же речь случайно заходила о жизни под оккупантами, обязательно сообщалось, где, чего и сколько они разрушили, разграбили и сожгли, скольких расстреляли или угнали в Германию. И при этом практически ничего не было известно о том, как именно ЖИЛИ люди во время оккупации. Нет, конечно, кое-что прорывалось к нам из воспоминаний наших дедушек и бабушек, но сколько они не успели рассказать? Да и не у всех они пережили войну – дедушки и бабушки. Какие-то крупицы достоверного знания просачивались сквозь цензурные фильтры в официальных воспоминаниях, что-то осталось в архивах.
В целом же картина была и остается достаточно неутешительной. Бытовая история периода оккупации и по сей день достаточно мало исследована и представляет собой по большей части белое пятно в отечественной истории как таковой. А между тем даже малопосвященному, но пытливому уму ясно, что и при немцах жизнь не прекращалась. Действовали театры и кинотеатры, увеселительные заведения. Выходили газеты, работали больницы и школы.
Естественно, для многих наших современников сама мысль о том, что и при немцах люди жили кажется кощунством и оскорблением памяти миллионов жертв войны. Однако и они вынуждены будут признать, что период оккупации – это не только мордатые полицаи и «Молодая гвардия», но и огромная масса людей, которая была далека от какой-либо героики, но напротив, стремилась как-то приспособиться к оккупационному порядку и с наименьшими потерями для себя и своих семей пережить его. Можно назвать это как угодно, обличать этих людей за пассивный коллаборационизм и сотрудничество с врагом, однако факт остается фактом: таких людей было огромное большинство. В отличие от героического меньшинства, ведшего подпольную борьбу с захватчиками. Так было во все времена, во всех странах и во всех войнах.

Предлагаемый вашему вниманию материал как раз и ставит перед собой задачу восполнить имеющийся пробел наших знаний в этом вопросе и составить такую-сякую картину жизни в оккупированном Ворошиловграде в период Великой Отечественной. А поможет нам в этом сохранившаяся в о Государственном архиве Луганской области подшивка номеров издававшейся в то время городской газеты «Нове життя». Это, так сказать, взгляд на историю родного города сквозь призму газетных страниц. Конечно же, он не может претендовать на всесторонность и, тем более, на абсолютную объективность (все-таки это, в какой-то мере, взгляд с колокольни сторонников немецкого «нового порядка»), однако общее представление о том, чем жили ворошиловградцы в течение семи месяцев с августа 1942 по февраль 1943 года, все-таки дать способен.

Выпуск газеты
Коммунисты провозгласили: «Печать — самое острое оружие партии». И это так. Германия придерживалась схожей точки зрения на данный вопрос. Она тоже нуждалась в газетах.

Луганчане в течении семи месяцев оккупации (лето 42 г. – зима 43 г.) могли читать только одну местную газету. Она называлась «Нове життя». Основной целью издания была агитация в пользу национал-социализма и контрагитация против большивизма.
Немецкое командование на оккупированных территориях решало разные задачи, среди которых основными были организация поставок продовольствия и дешёвой рабочей силы в Германию. Для этого необходимо было поддерживать порядок в зоне оккупации и привлекать на свою сторону как можно больше коллаборационистов (т. е. людей, сотрудничающих с оккупационным режимом). Увы, Советская власть допекла тогда многих. И не только «кулаков», «вредителей», «врагов народа», но и украинских «самостийникiв».
Вот такой «національно-свідомий» человек возглавил газету «Нове життя» в августе 42-го. Это был профессор Ворошиловградского пединститута, украинист М. Бернацкий.
Что главное в газете и что для газеты главное? Во-первых, редактор и сотрудники. Редактор был найден. Он и отбирал необходимые материалы и публиковал то, что «спускали» сверху, и быстро сколотил штат единомышленников-работников.

Деньги на печатание «Нового життя» (на бумагу, типографию, оплату труда) выделило немецкое командование. Но какая же газета без рекламы и объявлений? «Нове життя» публиковало их вдосталь. Рекламировалось всё: от новооткрывшейся бани до похоронного бюро, от саженцев деревьев до Ворошиловградского областного сельскохозяйственного банка (начал работу в августе 42 г. при областной с/х комендатуре немецких войск и располагался по ул. Шевченко, 7).

Особняком в каждом номере (именно в каждом) выделялось объявление — приглашение на работу в Германию следующего содержания: «Робітники, робітниці! Німецька армія звільнила Вас від терору Сталіна та жидо-білышовицьких комісарів. Німеччина можс та хоче вам допомогти. Запи-суйтесь у бюрах вербування для виїзду на працю до Німеччини».
Часто печатались письма «осчастливленных» людей из Германии, которые ещё и родственникам в Украине помогали деньгами.

Самыми серьёзными объявлениями можно считать печатавшиеся регулярно приказы Городской управы, которые регламентировали все стороны жизни города.
Газета «Нове життя» выходила трижды в неделю тиражом от 6000 до 30 000 экземпляров (некоторые современные газеты Луганской области могут позавидовать). Редакция располагалась вначале по ул. Казанской (К. Маркса) № 6, затем переехала в дом № 34 по ул. Ворошилова/Екатеринославской (Немцы переименовали улицы, фактически вернув им прежние названия).

Выпускалась газета в Ворошиловградской типографии, а стоила 1 крб. Выходила обычно на 2-х полосах, (иногда номера были 4х-полосные) только на украинском языке. Подзаголовок звучал так: «Ворошиловградський часопис».

«НОВАЯ ЖИЗНЬ» ОККУПИРОВАННОГО ВОРОШИЛОВГРАДА

Читая газету «Нове життя», окунаешься в жизнь оккупированного города. Первый номер газеты, вышедший 18 августа 1942 г., радостно сообщил, что наступила «новая жизнь», свободная от большевизма.

Кроме этого, читатели узнали, что административный отдел Городской управы провёл перепись населения Ворошиловграда. Получилось, что в городе (считая Большую и Малую Вергунку) проживает «128.118 душ».

В № 1 гордо описывались доблестные победы «Великой Немецкой Армии» (эти «великие победы» вообще кочевали из номера в номер). Часто под сообщениями о военных действиях приписка: «Друкуеться з дозволу Польової комендатури».
Во втором номере был затронут вопрос о новых деньгах, выпущенных Центральным Эмиссионным Банком Украины. Газета рассказывала о цветовой гамме банкнот и их достоинстве (5, 10, 20, 50, 100, 500 карбованцев).

В № 12 «Нове життя» вернулось к этой теме: «Від Адмінвідділу міської Управи. Є випадки, коли окремі особи, здаючи чи сплачуючи карбованцями Центрального емісійного банку України, дорівнюють їх вартість до німецької державної марки». Далее админотдел Горуправы объяснял, что 1 карбованец Центрального Эмиссионного Банка Украины приравнивается лишь к одному советскому рублю. Трогательной выглядела статья «Більшовицьке «розкріпачення» жінки» в № 2 о тяжёлой доли советской женщины. Она дома – и жена, и мать, и домработница (т. е. кухарка, прачка, чернорабочая), а на работе ей приходится быть стахановкой. Чтобы Вы оценили стиль и слог газеты, приведём отрывок из этой статьи:
«Черги – бич советської жінки. Це спрут, що своїми численними щупальцями висмоктує з неї вci життєві соки. Ледве чи знайдеться в світі більш пригноблена й поневолена icтoта, як совєтська жінка, коли мати на оці не жінку розжирілого жида – завмага або фаворитку сталінського двору, «удостоєну» 100-тисячної премії, а звичайну рядову жінку: робітницю, селянку, службовку».

Очень любило «Нове життя» перепечатки. Они делались из различных газет, как украинских («Львівські вісті», «Дніпропетровська газета», «Голос Полтавщини», «Український Донбасс»), так и иностранных («Краківські вісті», «Фелькішер беобахтер»).
Немцы всё время боялись развития эпидемий. Потому уже вскоре после установления режима оккупации — «нового порядка» — они обращают внимание на восстановление больниц, роддомов. В № 3 читаем статью о восстановлении станции скорой помощи: «З автомашини, пару коней, лінійку, бричку мала станція негайної медичної допомоги. Усе це втратила вона в результаті розграбування й зруйнування її бандитами-більшовиками, що поспішно втікали з нашого міста, налякані й приголомшені блискавичними ударами наступаючої Німецької Армії. Тепер сяк-так відремонтовано приміщення станції. Медикаменти одержано в аптекоуправі. Допомога платна. Виїзд на дім лікаря – 30 крб., фельдшера – 15 карб. В усяких нещасних випадках по дорозі негайна допомога надається безплатно».

Первым заведующим здравотделом Городской управы стал Зубовский, гинеколог по профессии. Он сам добровольно пособничал немцам, и здравотдел возглавлял с 23 июня по 30 сентября 1942 г. В этой должности он открыл:
областную больницу (зав. Тюпа, а после него К.К. Скворцов);
инфекционную больницу;
детскую больницу;
центральную консультацию;
5 поликлиник;
вендиспансер;
тубдиспансер;
санстанцию;
ну и упомянутую уже «скорую помощь».
Сам З;убовский опубликовал в одном из номеров «Нового життя» свою статью, в которой подчеркивал, что врачи наконец-то избавились от симулянтов и «розжирілих комісарських жінок, які не мавши роботи, годинами просиджували в лікарських кабінетах, відбираючи у медичного персоналу силу дорогого часу».
Вскоре гинеколог Зубовский сделает головокуржительную карьеру при немцах и станет бургомистром (прежнего Азарова, уволят как проворовавшегося).
Интересна статья и другого чиновника — заведующего отделом культуры и образования В. Ковалева в № 8 и № 27. Касаются, они, косалась она конечно вопросов культуры и просвещения.
В №27 от 18 октября 1942 г. в статье «Будова України та її інтелігенція» Ковалев делает революционно-актуальные выводы об истории Украины: «Україна на протязі історії була тричі самостійною: в Київський період, під час Мазепи і в останні роки під головуванням Петлюри»

КАБАРЕ И ТЕАТР

Итак, как мы уже выяснили, жизнь в оккупированном Ворошиловграде продолжалась, а значит людям хотелось развлекаться. А где вояке или штатскому может быть веселее, чем в варьете? «Вже декілька тижнів існує в нашому місті веселий театр «Кабаре». На кожній виставі цього театру бачимо заповнену залу як місцевими мешканцями, так і військовими.
Перше місце в програмі «Кабаре» безперечно займає капела бандуристів (керів. п. Джуржій). Із співаків чи співачок важко будь-кого вилучити, бо ніхто з них не створив високого класу у виконанні вокальних номерів. Приємністю для публіки був виступ італійського вояки арт. Мело зі своїми магічними номерами. Кілька слів про публіку. Перш за все – це гамір у залі під час виконання номерів. Це вже нагадує не театр, а більше жидівську школу або синагогу». Так писало «Нове життя» в №10, 9 сентября 1942 г.

Артистов (т. е. балерин, вокалистов, музыкантов), а также разнорабочих в «Кабаре» направляли с Биржи труда) (находилась по ул. Шевченко). Хочется верить, что артистки не оказывали зрителям дополнительных услуг. (Поговаривали, будто бы бордель находился по ул. Ленина, возле открывшегося тогда в городе ресторана «Золотий якір»).

Проследить судьбу артистов «Кабаре» и других культурно-массовых заведений после освобождения Ворошиловграда Красной Армией сложно. Часть из них эвакуировалась с немцами. Оставшимися весьма активно заинтересовался НКВД.

Располагалось «Кабаре» в здании клуба им. Сталина (ныне – колледж Института культуры и искусств).

Часто в здании «Кабаре» выступали приезжие музыканты. Возвращаясь к описанию культурной жизни, «Нове життя» в № 51 от 13 декабря 1942 г., писало об этом так: «Ворошиловградський театр Вар’єте, будуючи свою програму, має на увазі задовольнити різноманітні культурні запити свого глядача. Балет театру досить вправно виконує національні танці, серед них, зокрема, угорські, фінські й інші (т. е. танцы сателитов Германии ).
Значною культурною подією для Ворошиловграду є виступ Харківського джаз-оркестру під орудою капельмейстера Тахтаулова».

И далее подчёркивалось, что джаз в исполнении этого оркестра приближён к европейским канонам и совсем не похож на джаз советский. В то же время «Нове життя» в своих статьях подчеркивало и преимущество украинской национальной песни над русскими частушками (они, впрочем, тоже исполнялись в театре-варьете «Кабаре»).

Вход «Кабаре», естественно, был платный, а билеты продавались тут же, в здании. В газете публиковались часы работы «Кабаре» (например, № 53 от 18 декабря 1942 г. сообщает, что заведение открыто для военных с 18 ч. по пятницам, субботам и воскресеньям, а для штатских – с 16.30 по понедельникам, вторникам и четвергам, а в воскресные дни – с 14.00). Не оговаривалось, до какого часа работает «Кабаре», возможно, до последнего клиента. Кстати, артистам и работникам варьете выдавали спец. пропуски с разрешением ходить по улицам в вечернее и ночное время, Эта необходимость была вызвана наличием комендантского часа, о котором тоже писало издание. Часто публиковало «Нове життя» рекламу основной программы Кабаре» — «Цыганский табор», то есть цыганские романсы и танцы (тут, на мой взгляд, выявляется интересное противоречие: разве Гитлер не считал цыган отсталым народом, а их культуру – упаднической?).

В сентябре 1942 г. был открыт уже упомянутый ресторан «Золотий якір» и 5 кафе. А ещё раньше, в августе (и об этом тоже написала газета «Нове житя») цирк (в котором выступали акробаты и гимнасты) и украинский театр им. Т.Г. Шевченко.

Газета пристально следила за выступлениями театра, освещала каждую премьеру. Театр успел поставить несколько спектаклей украинской классики.

В 14 номере за 18 сентября 1942 г. в статье «Народжений на руїнах» сообщалось об открытии театра 10 сентября премьерой «Безталанна». Упоминалось, что театр находился в здании бывшего ТЮЗа. Среди актёров театра часто упоминались исполнители главных ролей К. Бондаренко, Луган-Славский (псевдоним?), Дубинин (он был одновременно и директором театра), Горошенко, Стоян. Режиссёром был Бондаренко. Цена билетов составляла – 8-20 крб. (Здесь стоит сказать о заработной плате. Например, артисты «Кабаре» получали от 200 до 400 крб. в месяц. Но многие люди вообще не работали, считая, что любая работа – помощь врагу).

Рецензии на спектакли украинского театра («Наталка-Полтавка», «Цыганка Аза», «Ой, не ходи Грыцю…») писали А. Полтавець и К. Данилейченко, они талантливо показывали как достижения так и ошибки молодого театра. Этот украинский театр выезжал с гастролями по Ворошиловградск;ой области.

Кроме того, в период оккупации были восстановлены и открыты: кинотеатр (по ул. Ленина, бывший «КИМ», впоследствии «Комсомолец») и радиоузел (вещание велось на немецком и украинском языках).

В здании кинотеатра в декабре 1942 прошла выставка картин «Німецькі краєвиди – німецька праця», среди них было и фото Гитлера, работающего вместе с людьми (типа, «Ленин с бревном»). Вход был бесплатным.

Торговля книгами на рынке была запрещена. В качестве своеобразной компенсации отдел культуры и образования Горуправы открыл по ул. Ленина, 39 магазин по продаже книг.
В здании бывшего ТЮЗа вместе с театром располагались курсы немецкого языка («Нове життя», № 13 от 16 сентября 1942 г).

ЦЕРКВИ В ОККУПИРОВАННОМ ГОРОДЕ

Большое внимание газета уделяла религии. На оккупированных территориях немцы открывали православные церкви. В связи с этим они вызывали положительную реакцию у многих клириков. Упрекать их в этом тяжело, так как красный режим почти полностью разгромил всю православную церковную структуру.

В августе 1942 г. с разрешения Городской управы и городской комендатуры, перед Николаевским собором состоялся молебен, на котором присутствовало свыше 7 тысяч человек. В сентябре 1942 г, в помещении бывшего торгового техникума (ул. Садовая, 68) открыт храм Казанской Божьей Матери. Службы проводил о. Леонтий (Яржемский).  В Камброде шли службы в старейшей Петропавловской церкви. Настоятелем храма стал о. Иосиф (Сухошин-Сухомлинов). 1 ноября 1942 г. состоялось освящение самого Свято-Николаевского собора (по ул. Шевченко, 30). Интересен тот факт, что зданием для этого молельного дома стало здание бывшей синагоги. Службу вели о. Исидор (Дереза) и о. Константин (Анпилогов). Открылся храм в Большой Вергунке. (После освобождения города от фашистов многие священники были арестованы за предательство.)

Все эти газетные сообщения подписаны протоиереем Константином Анпилоговым, уполномоченными от Донецкого Епархиального управления. В № 51 от 13 декабря 1942 г. в статье «Соціальна держава — опека держави над життям» имелись такие строки о религии: «Адольф Гітлер вважає релігію одним із стовбiв, що на них тримається держава, бо вона дає людським масам чіткий моральний світогляд.
Боротьбу з релігією по всьому світі провадило все те ж войовниче жидівство. Одверто — тільки в СССР та під час іспанської революції І у прихованій же формі – постійним підривом усього, що добре й близьке віруючій людині. Позбавити арійську расу її головного морального стрижня було черговим завданням жидівництва. Потрібно ж це було для того, щоб створити кадри всесвітньої революції, кадри людей, що їм нічого не шкода і ніщо не дорого й не свято».

Правда Рождество праздновалось в Ворошиловграде только по григорианскому календарю. Т. е. поздравление в газете было лишь к 25 декабря, и подчёркивалось, что выходные дни – 25 и 26 декабря. А 7 января праздничным и выходным днём не считался. В декабре — январе газета печатала колядки, их тексты не отличаются от известных нам.

Газета освещала религиозную жизнь по всей Украине, а не только в нашем городе. № 12 от 13 сентября 42 г. сообщает: «В Умані відбулось хрещення 133 дітей віком від 4 до 8 років. Обряд проведено в Успенському соборі Української автокефальної православної церкви Уманським епіскопом Єгорієм».

Вообще 12-й номер газеты содержал серьёзные и важные материалы.

Вроде бы идет война. Что же волновало людей и какие вопросы решались немецкой администрацией по всей Украине? Было принято новое брачное законодательство. Парни могли жениться с 18 лет, для девушек возраст вступления в брак был установлен с 16 лет. В принципе, брачное право не сильно отличалось от нынешнего. Особо оговаривался вопрос о вступлении в брак с евреями: «Постанова забороняє категорично шлюб між жидами та особами не жидівського походження».

Немало внимания уделялось учителям. И это легко объяснимо. Ведь они воспитывают детей, а не только учат их. Учителями в оккупированной Украине могли быть «лише ті особи, що мають фах и стаж педагога». При назначении на должность преимущество отдавалось тем, кто получал образование до большевистской революции.
Основополагающее значение имело и знание украинского языка. «Особи, які в останні роки належали до ВКП (б), або до активних членів комсомола, а також і ті, що відомі як вороги української національної культури не мають прав на призначення вчителями».
Среди обязанностей учителя были следующие:
— следить за умственным и моральным воспитанием учеников;
—давать детям крепкие знания, воспитывать любовь к Родине, уважение к старшим, к религиозным чувствам людей, «…і дружне почуття до великого німецького народу, що визволив Україну від більшовицької неволі».

В городе до прихода немцев работали 33 школы. Эти здания занимались немцами под жилье, склады, конюшни. Школьное оборудование уничтожалось и использовалось как топливо. Совсем уничтожено было 10 школьных помещений. Пропагандой и школами занимался специальный отдел гестапо. Открылось 15 школ, в которые насильно записывали детей 7-11 лет. Их намеревались подготовить к роли покорных рабов. Детей с 12 лет брали на учет через школу на биржу труда, а оттуда – на работы в Германию. Несмотря на «обязательное обучение», всех детей охватить не смогли, поскольку многие сознательно не посещали школу и тем более не желали покоряться «новым порядкам» в школе.

В газете  от 23.08-1942 г. говорится о том, что вся работа в школе должна проходить: „Під кутом німецько-украї­нської співпраці та скерування на Європу». Немцы кричали о необходимости воспитания детей в духе реального идеализма или точнее – просто фашизма.
Главными дисциплинами в школе были немецкий язык, украинский язык, труд, арифметика, пение. Остальные либо вообще упразднялись «за ненадобностью», либо сокращались до минимума часы преподавания. Все советские учебники просто уничтожалис, а вместо них в школах предлагали пользоваться газетой «Нове життя». Однако во многих школах ученики срывали немецкие плакаты, стреляли из рогаток в портрет Гитлера.

Интересно прочесть в № 54 от 20 декабря 1942 г. письмо Адольфу Гитлеру, «вождю великого немецкого народа» от учеников Станицы Луганской: «Ми, учні спеціальної сільськогосподарської школи Станиці Луганської, шлемо палкий привіт нашому визволителю Адольфу Гітлерові». В продолжении письма говорится об обязательстве учеников этой школы стать такими культурными как немецкий народ.

ЕВРЕЙСКИЙ ВОПРОС

Вообще, газета много внимания уделяет «еврейскому вопросу». Итак, № 12 поместил заметку и о Ленинграде: «Ленінград -умираюче місто. Його вулиці являють собою картину цілковитої руйнації. В цій трагедії винні тільки жиди-верховоди Советського Союзу, які штовхнули країну в безглузду війну».

Читаєм дальше: «Жиди мали дуже шкідливий вплив на культурне життя народів. Спритно використовуючи те, що широкі маси неправильно розуміли засаду «Свободи мистецтва», жиди довели до того, що мистецтво цілком виродилося і взагалі всі галузі культурного життя були затруєні».

В № 53 от 18 декабря 1942 г. в статье «Сталін – виконавець волі світового жидівства» читаєм: «Сповіщаючи про посольство московського жидівства до Сталіна, «Берлінер Бергенцайтунг» (газета) зауважує: „Жиди самі констатували, що Сталін, як обранець Іегови, не виконує жодної іншої волі, крім волі жидівства… Британці та американці виконують ролю наймитів у боротьбі проти тих народів, які стоять на шляху жидівської мети світового панування. Щодо цього симптоматична є прокламація численних видатних людей всіх верств північно-американського суспільства, в тому числі 20 сенаторів, у якій жидам обіцяно право знов повернутися на своє місце серед вільних народів, а такожу Палестині. «Берлінер Берзен-цайтунг» вважає, що не слід дослівно розуміти воєнний тон цієї прокламації і вказує на те, що в твердині північноамериканського жидівства в Нью-Йорку до військової служби записалось 10 жидів».

Или в № 6 от 13 января 1943 г. в статье «Хто ворог культури» с подзаголовком «Лекція для Москви» объяснялось, что с самого начала существования немецкого национал-социализма пропаганда (особенно в СССР) подчёркивала, что ограничивая жидов Германии, лишает себя всего самого лучшего в культуре. «Тоді не могли зрозуміти, що німці усувають жидів через те, що їх світогляд не збігається з німецьким».
В страничке «3 фольклору» много шуток про евреев, например, анекдот:
На уроке географии учитель спрашивает Сруля Рабиновича:
-Что такое СССР?
-Свой своего снабжает регулярно, — бойко отвечает Сруль.
Или:
Приезжает Калинин в село и спрашивает крестьян:
-Как вы боритесь с вредителями?
-С кем, с кем? – переспрашивают селяне.
-Ну со всякими там мошками…
-Вот с ними? Да если б нам разрешили, мы бы расправились и с Мошками, и с Соломошками.
В газете часто и густо рассыпаны эпиграммы, шаржи на Сталина, Черчилля. Среди шуток есть фельетон «Орден подвязки — вот и вся помощь Сталину от союзников», в котором обыграли вручение ордена Ленина английскому королю и взамен вручение ордена подвязки Сталину.
Газета разоблачала деятельность НКВД («За гратами НКВД»), писала и о культе личности Сталина («Таємниці кремлівського палацу», «Джугашвілі-людина, що пнеться у боги», «Джугашвілі – плазуйте і добре вам буде!»), совсем как какая-нибудь «Комсомолка» времен перестройки.
Удачной была литературная страничка. Напечатали трогательную биографию Леси Украинки, стихи расстрелянных поэтов.

КУДА ИСЧЕЗЛИ ЭКСПОНАТЫ МУЗЕЯ?

Вот что писали про названия улиц города в № 15 газеты от 20 сентября 1942 г.: «Поруч з вулицею Т. Г. Шевченко є вулиці Володарського та Урицького, що носять назву жидів-комісарів, які знущались над нашим народом. Мешканці цих вулиць не бажають знати такі назви та пропонують назвати їх Німецькою або Італійською або іменами тих командирів, частини яких першими увійшли у наше місто». Но вопрос решили не так радикально. Решено было вернуть некоторым улицам прежние дореволюционные названия. № 9 «Нового життя» сообщает о переименованиях: улица Володарского стала Николаевской, Либкнехта – Садовой, Артёма – Петропавловской.

Из общеукраинских новостей интересны современному читателю будут две. Первая – государственным языком стал украинский («Нове життя», № 31), вторая – гербом Украины стал Тризуб. № 13 от 16 сентября 1942 года объясняет происхождение этого символа геральдики:
«Знак тризубця спочатку був німецьким родовим і дружинним знаком. Київські великі князі перейняли цей знак у варягів або східних норманів, бо самі вони провадили своє династичне походження із Скандінавії».

В газете «Нове життя» много фотографий. Они довольно высокого качества. Но все отражают события, происходившие в Германии или Центральной Украине. Фюрер, произносящий речь в рейхстаге или Розенберг, посещающий Юзовку (Донецк), доктор Геббельс, принимающий у себя «севастопольских героев»… В № 22 от 7 октября 1942 г. развёрнутая статья «Перемога німецького соціалізму», состоящая из 2-х частей. Первая – «Доповідь доктора Геббельса» (про войну):
«Це тяжка боротьба за життя, яку треба проводити, і ставка варта того, бо Німеччина нав’язану їй війну буде вести до остаточної перемоги всіма засобами».
Вторая часть – это «Промова фюрера на відкритті комітету взаємодопомоги воєнному часу».

Высказывание фюрера, приведенное «Новим життям» в № 24: «Бог ніколи не допомагає людям, що не бажають самі собі допомогти».

В каждом номере печатали сообщения о «славных победах Великой немецкой Армии». В головы вдалбливали: «збито 11 советських літаків» (№ 15), «під Воронежем знищено 91 советський танк» (№ 16), «на Кавказі здобуто нові панівні гірські позиції», «у Сталінграді здобуто нові квартали і вулиці».

Газета интересовалась прошлым Луганщины. Интересна статья Н. Стефановича «Сторінка з нашого минулого». Она описывала Славяносербию, роль Шевича, Депрерадовича в становлении Луганщины.

Этой же проблематике посвящена статья в№31 (28 октября 1942 г) «Вивчаймо минуле нашого краю». Печаталась информация о готах в луганских степях в 6 веке н. э. Подавалось это всё под соусом впечатлений и советов немецкого журналиста Карла Гампе (вроде как без него мы бы не догадались изучать историю нашего края!). В конце статьи делается вывод о необходимости открыть в городе исторический музей.

Ещё 20 сентября 1942 г. этот вопрос затрагивался «Новим життям»: «За ухвалою міської управи у нашому місті буде відкрито історичний музей. На попередні витрати по організації та відкриттю передбачено фонд в сумі від 5 до 6 тис. карбованців».

Автору не известно, был ли открыт этот музей. Скорее всего, немцы просто не успели этого сделать. К сожалению, многие экспонаты существовавшего в городе еще с 1920-х г.г. Краеведческого музея исчезли. Некоторые были просто утеряны или уничтожены. Возможно – украдены или вывезены в Германию и до сих пор «всплывают» у частных коллекционеров.

Ещё о связи с современностью. Как и сейчас в Луганске, в оккупированном Ворошиловграде существовало украинское культурно-просветительское общество «Просвіта». В городе работали некоторые предприятия, такие как литейно-механический завод, предприятие под названием «Гірничий інструмент», гвоздильный завод, текстильная фабрика и другие.
Среди приказов Горуправы встречаются самые разные. Это и соблюдение светомаскировки и установление фиксированных расценок на ремонт одежды и обуви. Интересно, что жители Ворошиловграда, которые состояли в членах ВКП (б) и ВЛКСМ, обязаны были пройти регистрацию. То же касалось и ворошиловградцев, немцев по происхождению. Они должны были с документами прийти в СС – Зіхергайполіцію (располагалась по ул. К. Маркса). Им выдавался дополнительный паёк.

«Нове життя» от 13 декабря 1942 г. сообщает: «Між Волгою і Доном ворожі сили, що намагались прорватись, були оточені і знищені. Совєти, продовжуючи свої даремні атаки, мали знову даремні втрати». Статья этого же номера «Японці панують над Тихим океаном» показывает как японские суда топят американський флот. Актуально выглядит статья «Соціяльна держава — опека держави над життям»: «У соціальній державі щодо окремих її членів основним є твердження: кожен має право на пристойне життя і на своє місце на землі. Зайвих людей нема, якщо вони самі в них не перетворюються».
Справедливое высказывание приводится в статье «До праці – творчої і натхненної!» (про українську інтелігенцію): «Лихі совєтські часи проклали глибоку борозну в психіці нашої інтелігенції. Позбавлена при жидах — більшовиках всяких можливостей виявити себе як творчу народню силу, інтелігенція обернулась в сфінкса, що щогодини згадував загадку «Бути чи не бути».

ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ

И вот первый номер газеты в 1943 году. О чем же он сообщал читателям? Во-первых, давалась оценка уходящему году. «Рік великих перемог». На первой странице рисунок: девушка с арийскими чертами лица отрывает последний лист календаря. На стр. 4 перечисление способов борьбы с сыпным тифом и рядом – статейка о населении г. Ворошиловграда. Оно составляло 134.454 человека. Давалось сравнение с 1939 г (Всесоюзная перепись населения); тогда в городе проживало 207.013 чел.

Среди населения половой состав был таким: 26.605 мужчин и 63.619 женщин. Среди них по национальному признаку: украинцев – 85.333, русских – 47.042 и 242 немцев.

№ 7 порадовал «Новорічною відозвою фюрера», которую коротко можно передать фразой: «и снова о жидах» (официальные подразделы речи «Помилка жидівства», «Жидівська світова змова» и т. д.).

Последние номера «Нового життя» ничем не выдают приближения Красной Армии. № 12 от 3 февраля 43 г.: «Успішний хід оборонної боротьби на середньому Доні».
№ 13 от 5 февраля повествует о новой столовой для инвалидов в Ворошиловграде, о том что в январе уничтожено 522.000 бронетехники вражеского торгового тоннажа.

Последний, 14 номер газеты «Нове життя» вышел 7 февраля 1943, а потом немцы стали спешно эвакуироваться. Редактор М. Бернацкий отступил вместе с ними (позже НКВД его расстреляет, также, как и бургомистра Зубовского).

Газета в своей «лебединой песне» напечатала «Відозву фюрера до німецького народу в 10-ті роковини приходу до влади» и фото фюрера.

Среди военных сообщений – «Мурманськ під бомбами». Среди культурных привлекают внимание такие: «В музеї Тараса Шевченко в Кирилівці», «Перший німецький часопис на Україні», «Відбудова України» и литературно-исторический очерк «В советськом раю» (приписка-юмореска «На Лубянці»).

14 февраля 1943 г. г.Ворошиловград был освобожден Красной Армией.

Ангелина Северина.

Семь месяцев «Нового життя» // Вечерний Луганск.-2005.-№9(218).

Оккупированный Луганск 17.07.42-14.02.43: Один комментарий

  1. Моя мать, Гриц Елена, 1925 года рождения, пережившая оккупацию Луганска, вспоминала быт того периода. Ей повезло с датой рождения — девушек 18 лет и старше угоняли в Германию в обязательном порядке, если не удавалось откупиться или изменить дату рождения в городской управе. Моя бабушка, учительница географии, мыла посуду в столовой (работали только начальные школы). Плюс ходили на «менки», т.е. меняли одежду, какая получше, на продукты в сельских районах. Не раз маме приходилось пересиживать облавы полиции в погребе — могли угнать, невзирая на возраст. Единственные хоть как-то позитивные воспоминания были связаны с пребыванием итальянских частей в Луганске. Эти не зверствовали, даже могли поделиться едой или подвезти из области в город ( а ведь стояла зима). В общем, слава Богу, что оккупация продлилась только 7 месяцев.
    В отношении священников. Не все сотрудничали с немцами. Мой дед, Яржемский Леонтий Никонович, в проповедях указывал, что это люди пришлые, добра от них ждать не приходится. Чудом избежал ареста после доноса одного из прихожан. После войны в числе немногих священников был награжден медалью «За доблестный труд во время Вел. Отеч. войны».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


*