Владимир Иванович Даль

Казак Луганский

dallДаль Владимир Иванович (псевд. Казак Луганский) (10[22].11.1801—22.09[4.10]. 1872), писатель, лексикограф, этнограф. Отец Даля — датчанин, приехал в Россию по приглашению имп. Екатерины II, принял русское подданство, передал любовь к своей второй родине детям. К моменту рождения сына работал врачом. Мать — обрусевшая немка, дочь известной переводчицы М. Фрейтаг. Родители Даля знали много языков. Он получил хорошее домашнее образование. В 1814 Даль поступает в Морской корпус в Петербурге. В 1817 в числе 12 лучших гардемаринов Даль совершил плавание на бриге «Феникс» к берегам Швеции и Дании; выяснилось, что Даль страдает морской болезнью. Однако он заканчивает корпус (1819) и направляется мичманом на службу во флот в Николаеве. В этом же году Даль начинает собирать слова, которые войдут позже в его «Толковый словарь живого великорусского языка». По дороге из Петербурга в Николаев он записывает от новгородского ямщика первое удивившее его слово «замолаживает» (пасмурнеет). С тех пор, куда бы ни бросала его судьба, он всегда находит время записать меткое слово, выражение, песню, сказку, загадку.

Даль прослужил во флоте 7 лет (этот срок был обязательным для выпускников Морского корпуса). Одновременно он занимается литературой и собиранием слов. В Николаеве Даль сочиняет стихи и одноактные комедии: «Невеста в мешке, или Билет в Казань» (1821) и «Медведь в маскараде» (1822). Среди друзей Даля — А. П. Зонтаг, будущая писательница, родственница В. А. Жуковского. В 1823 в Николаеве Даль был арестован за сочинение пасквиля на вице-адмирала А. С. Грейга, но вскоре был освобожден. Получив повышение, был переведен на Балтику. Прослужив полтора года в Кронштадте, он с 1 янв. 1826 подает в отставку: решив идти по стопам отца (умершего в 1820), поступает на медицинский факультет университета в Дерпте.

Дерптский период своей жизни Даль называет «временем восторга и золотым веком нашей жизни». Здесь он дружит с Н. М. Языковым, возглавляющим в университете кружок русских студентов. В доме наставника и друга Даля, профессора хирургии А. Ф. Мойера часто бывают В. А. Жуковский, А. Ф. Воейков, сыновья Н. М. Карамзина; здесь читаются стихи А. С. Пушкина. В 1827 в журнале «Славянин», издаваемом Воейковым, появляются стихи Даля. Хирург Н. И. Пирогов, находившийся в то время в Дерпте, вспоминает о Дале как об остроумном, жизнерадостном юноше, блестящем рассказчике и балагуре. Учеба в Дерптском университете была прервана русско-турецкой войной. В марте 1829 Даль досрочно защищает диссертацию и отправляется на берег Дуная, где оперирует раненых, борется с чумой и холерой. Общаясь с солдатами, собранными со всех концов России, военный врач успевает вести и собирательскую работу. Записи слов и произведений народного творчества вырастают у него до таких размеров, что для перевозки материала приходится использовать верблюда. Весной 1831 корпус, где служил Даль, направили в Польшу для подавления восстания. Для переправы через Вислу нужно было навести мост и затем сразу же его разрушить (чтобы не дать пройти противнику). Генерал-лейтенант Ридигер вспомнил о второй профессии Даля и поручил ему эту операцию; за ее отличное исполнение Даль получил орден св. Владимира, впоследствии — перстень с бриллиантом. С марта 1832 Даль работает ординатором военно-сухопутного госпиталя в Петербурге, приобретает известность хирурга-окулиста. Однако конфликты с начальством вынуждают его оставить медицину. Он поступает на службу чиновником особых поручений к военному губернатору Оренбургского края В. А. Перовскому, ценителю искусств, близко знавшему Пушкина, поощрявшему литературные занятия Даля.

7 лет пробыл Даль в Оренбургской губ., сопровождая В. А. Перовского в его разъездах по Уралу, участвуя в 1839—40 в Хивинском походе, где погибла большая часть русского отряда. Одновременно со службой Даль занимается литературой, продолжает собирать лексикографический, этнографический и фольклорный материалы.

Начало литературной деятельности Даля относится к 1830. Его первая повесть «Цыганка» была названа издателем журнала Н. А. Полевым «превосходным сочинением», но широкая публика ее не заметила. Известность Далю — казаку Луганскому (псевд. взят по месту рождения) принесли «Русские сказки, из предания народного изустного на грамоту гражданскую переложенные, к опыту житейскому приноровленные и поговорками бродячими разукрашенные казаком Владимиром Луганским. Пяток первый» (СПб., 1832). Используя фольклорные сюжеты, Даль свободно их изменял, комбинировал, вносил черты сентиментальности в сказочную фантастику. Из-за сатирической направленности некоторых сказок (высмеивались «блюдолизы придворные», тупые чиновники) сборник был расценен III отделением как «насмешка над правительством», запрещен и изъят из продажи. Автор был арестован, но сразу же освобожден: имп. Николай I припомнил заслуги Даля в польской кампании и простил его. История с запрещением сказок принесла Далю известность среди литераторов. Сказки стали поводом для знакомства в 1832 с Пушкиным, к которому он пришел со своим сборником как литератор к литератору. В 1833 Даль встречается с Пушкиным в Оренбурге, куда поэт едет за материалами о Пугачеве. По дороге в Бердскую слободу Пушкин рассказывает Далю сказку о Георгии Храбром и волке (позже Даль ее напечатает); Даль же в ответ — сюжет «Сказки о рыбаке и рыбке». Через месяц Пушкин пришлет Далю рукопись этой сказки с надписью «Твоя от твоих! Сказочнику Казаку Луганскому — сказочник Александр Пушкин». По свидетельству историка П. И. Бартенева, «за словарь свой Даль принялся по настоянию Пушкина». В 1837 Даль по служебным делам оказался в Петербурге и, узнав от А. П. Башуцкого о дуэли, тотчас поспешил на Мойку, неотлучно сидел у изголовья умирающего поэта как врач и близкий друг, слышал его предсмертные слова. В память о Пушкине Далю был подарен сюртук, в котором стрелялся поэт, и его перстень-талисман с изумрудом.

В 1839 в «Отечественных записках» появляется повесть Даля «Бедовик», где главный герой — честный и неподкупный уездный чиновник, на долю которого приходятся одни невзгоды.

В Оренбургском крае Даль занимается не только службой и литературой. Он организует в Оренбурге зоологический музей, собирает коллекции местной флоры и фауны, публикует статьи по вопросам медицины, составляет учебники зоологии и ботаники. В 1838 Академия избирает его членом-корреспондентом по отделению естественных наук.

С 1841 по 1849 Даль служит в Петербурге сначала секретарем товарища министра уделов Л. А. Перовского (брата В. А. Перовского), а после того, как Л. А. Перовский стал министром внутренних дел, заведует Особой канцелярией.

Командировки в южные губернии дали возможность познакомиться с южными наречиями. Здесь же он столкнулся со страшными случаями ритуальных убийств, совершенных иудейскими фанатиками. По этому поводу Даль написал книгу «Разыскание о убиении евреями христианских младенцев и потреблении крови их» (1844).

В 40-е творчество Даля развивается в русле «натуральной школы», где одним из ведущих жанров становится физиологический очерк, ставивший своей целью показать человека как представителя определенной социальной среды, профессии, местности, соответствующим образом индивидуализировалась речь персонажей. При описательно-повествовательной композиции, почти бессюжетности очерков характерность речи, образа жизни персонажей была в центре внимания читателей. В 1842 в альманахе А. П. Башуцкого «Наши, списанные с натуры русскими», Даль печатает очерк «Уральский казак». Большую популярность принесли Далю и др. физиологические очерки: «Денщик» (1845), «Русский мужик» (1845), «Русак». В некрасовском альманахе «Физиология Петербурга» (1845) был напечатан очерк «Петербургский дворник», признанный одним из лучших в книге. Успеху очерков способствовало превосходное знание им самых разнообразных сфер русской жизни, тонкая наблюдательность, яркое своеобразие речи его героев. Н. В. Гоголь называл сочинения Даля «живой и верной статистикой России». Он писал о Дале: «Он не поэт, не владеет искусством вымысла, не имеет даже стремления производить творческие создания; он видит всюду дело и глядит на всякую вещь с дельной стороны». В эти годы активно сотрудничает в журналах «Москвитянин», «Русская беседа», «Библиотека для чтения», «Отечественные записки», в «Литературной газете».

Кроме очерков, в эти годы Даль пишет также повести и рассказы. Наиболее значительные из повестей: «Вакх Сидоров Чайкин» (1843), «Хмель, сон и явь» (1843), «Павел Алексеевич Игривый» (1847), «Жизнь человека, или Прогулка по Невскому проспекту» (1843). В них Даль также изображал «маленького человека», противопоставляя ему самодуров-помещиков, тупых блюстителей закона. В рассказах «Мертвое тело» (1857), «Двухаршинный нос» (1856), «Хлебное дельце» (1857) и др. Даль продолжает тему бесправия человека из народа перед законом, перед устоями общества. В 1853 по заказу вел. кн. Константина Даль выпускает сборник «Матросские досуги» («Солдатские досуги» были напечатаны в 1843), оба сборника предназначались для простого народа и пользовались большим успехом. В это время Даль уже был управляющим удельной конторой в Н. Новгороде (с 1849 по 1859). Служба в столице тяготила Даля, хотя он и был правой рукой Л. А. Перовского, неохотно отпустившего его в Нижний. Хорошие отношения между ними сохранились, что видно из переписки, где Даль часто обращается к Л. А. Перовскому с просьбами помочь крестьянам Нижегородской губ. В течение всей своей многолетней службы Даль очень добросовестно исполнял свои обязанности, искренне любил крестьян и всегда стремился помочь им в решении отдельных вопросов. Вскоре после смерти Л. А. Перовского (1856) Даль по состоянию здоровья и из-за конфликта с новым министром подает в отставку и поселяется в 1859 в Москве.

К сер. XIX в. значительно вырос интерес русского общества к истории, этнографии, фольклору. 19 сент. 1845 на квартире у Даля в Петербурге состоялось учредительное собрание Русского географического общества, развернувшего вскоре большую собирательскую работу. В 1845—46 в журнале «Иллюстрация» Даль печатает свои статьи о народных верованиях. (Позже они вышли отдельной книгой: О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа. СПб.; М., 1880.) В эти же годы появляются статьи Даля о языке: «Полтора слова о нынешнем русском языке» («Москвитянин». 1842) и «Недовесок» к той же статье (Там же. № 9). В 1847 Даль выступает на заседании географического общества с докладом, в котором раскрывает свой замысел составления сборника пословиц. В 1852 в статье «О наречиях русского языка» Даль намечает основные разделы русской диалектологии, дает характеристики отдельным наречиям. На отношение Даля к языку сказывались его политические воззрения, близкие к славянофилам: он призывал к очищению русского языка от «иноземщины». Не случайно в 60-е статьи Даля о вреде грамотности (если она не сочетается с «просвещением») вызывали полемику в ведущих журналах.

В 1853 Даль представил в Академию наук свой сборник «Пословицы русского народа», включавший свыше 30 тыс. пословиц, поговорок, загадок, прибауток, народных верований. На титульном листе стоял эпиграф: «Пословица несудима». В «Напутном» (предисловии к сборнику) Даль обращался к своим читателям: «Что если бы каждый любитель языка нашего и народности, пробегая на досуге сборник мой, делал заметки, поправки и дополнения, насколько у кого достанет знания и памяти, и сообщал бы заметки свои, куда кому сподручнее, для напечатания, или передавал бы их собирателю — не правда ли, что следующее издание, если бы оно понадобилось, могло бы оставить далеко за собой первое? Дружно — не грузно, а один и у каши загинет» (Пословицы русского народа. Сборник В. Даля. М., 1957). Своих помощников в собирании Даль называл «доброхотными дателями». Академик А. Х. Востоков дал положительный отзыв на сборник Даля, но второй рецензент, протоиерей-академик И. С. Кочетов, категорически воспротивился печатанию сборника, охарактеризовав его как «куль муки да щепотку мышьяку» и заявив, что «он небезопасен» и «посягает на развращение нравов». «Пословицы русского народа» были напечатаны лишь в 1861—62 после смерти имп. Николая I. Помимо этой книги, Даль под псевд. Русопят составил сборник эротических пословиц «Русские заветные пословицы и поговорки», который по цензурным соображениям так и не был напечатан.

«Живое слово дороже мертвой буквы» — Даль любил эту пословицу и на протяжении всей жизни собирал слова, народные выражения, стремясь показать богатство живого языка, а через него — раскрыть различные стороны народной жизни. Ни служба, ни занятия литературой и наукой не могли прервать его настойчивой и кропотливой работы по составлению «Толкового словаря живого великорусского языка». Полностью отдаться этому главному делу своей жизни Даль смог после выхода в отставку. Первый том словаря был издан в 1863 Обществом любителей российской словесности, расходы по выпуску следующих томов взял на себя имп. Александр II, пожаловавший Далю орденскую ленту. Последний, 4-й том словаря вышел в 1866. Академия наук присудила Далю за словарь Ломоносовскую премию и избрала его в почетные члены, Географическое общество наградило золотой Константиновской медалью, а Дерптский университет прислал диплом и немецкую премию.

В словарь Даля вошло более 200 тыс. слов, из них 80 тыс. собрано самим Далем, они не входили раньше ни в один словарь. Впервые Даль применил расположение слов по гнездовому способу. Объясняя этот способ составления словаря, Даль писал: «При обработке словаря своего составитель его следовал такому порядку: идучи по самому полному из словарей наших, по академическому, он пополнял его своими запасами; эта же работа пополнялась еще словарями… и затем, собрав слова по гнездам, составитель пополнял и объяснял их по запискам и по крайнему своему разумению…» Эти «записки» и «разумение» Даля — большого знатока народной жизни, рассказывали о труде крестьян, их быте, народном искусстве, верованиях, мироощущении. При объяснении значений слов Даль пользовался пословицами, поговорками, народной фразеологией.

В последние годы своей жизни Даль переиздает свои художественные произведения. В 1861 выходит полное собрание его сочинений в 8 т. (СПб., 1861). В своем доме на Пресне (сохранившемся) Даль мастерит ларцы, вырезает рогатые мотовила для пряжи, трудится на токарном станке. За год до смерти Даль принял Православие. До последней минуты он трудился над словарем, готовил его 2-е издание.

Даль вошел в историю нашей культуры прежде всего как создатель «Толкового словаря живого великорусского языка», отразившего с исключительной полнотой словарный состав языка XIX в. Словарь Даля выдержал 6 изданий. Богатством материала труд Даля превышает все, что когда-нибудь у нас было сделано силами одного лица. Даль фактически совершил подвиг в науке, создав за 50 лет труда словарь, «для составления которого потребовалась бы целая академия и целое столетие» (Мельников П. И.).

Высоко оценивают деятельность Даля и ученые-фольклористы. «Пословицы русского народа» — крупнейшее собрание малых жанров народного творчества, тем более ценное, что Даль не занимался отбором пословиц, а дал объективную картину мировоззрения народа со всеми его противоречиями. Сборник пословиц, собранных Далем, живет активной жизнью. Старые народные пословицы живут в произведениях писателей, повседневной речи людей как мудрость народа, как золотой фонд его творчества. Собирательская деятельность Даля не ограничивалась словарем и сборником пословиц. Большое количество записанных им сказок было передано А. Н. Афанасьеву для его сборника «Народные русские сказки», записи песен вошли в собрание песен П. В. Киреевского, лубочные картины, собранные Далем, стали основной частью труда Д. А. Ровинского «Русские народные картинки».

 

Владимир Иванович Даль: Один комментарий

  1. так,а я не понял…а причины его появления в луганске?…автору наверняка будет интересно узнать,что наш земляк был так сказать ксеноненавистником
    ,так как у него больше книг по этой теме(включая «о ритуальных убийствах»,которые навели множество погромов)…автор,изучите тему глубже…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


*